Разговор напрямую Крым. «Гибридная депортация 2014»

04-01-2017 12:52 | Антон Каймаков, Магдалена Слезакова

Несколько месяцев российский журналист Антон Наумлюк провел в аннексированном Крыму, собирая материал о преследованиях новыми властями полуострова крымских татар и проукраинских активистов. Репортер встречался с семьями арестованных граждан и посещал судебные заседания по делам, фигурантами которых они являются. Обыски и аресты на территории Крыма проводятся с нарушением прав человека, международного, а также и российского законодательства, заявляет журналист. Большую часть преследуемых граждан составляют крымские татары, открыто выразившие свое несогласие с аннексией Крыма. В конце 2016 года Антон Наумлюк был гостем чешской гуманитарной организации «Человек в беде». В Праге также были представлены фотографии из цикла «Гибридная депортация».

Скачать: MP3

Антон Наумлюк, Фото: Магдалена Слезакова, Чешское радиоАнтон Наумлюк, Фото: Магдалена Слезакова, Чешское радио ««Гибридная депортация» - это термин, появившийся во время разговоров с крымскими татарами, пожилыми людьми, которые помнят депортацию 1944 года. Сравнивая события того времени и сегодняшние гонения, они говорят о попытке «выдавить» их с территории полуострова. Сегодня, находясь под присмотром общественного мнения и наблюдателей, невозможно просто посадить целый народ в вагоны и вывезти куда-нибудь за Урал. Однако можно создать условия, когда представители этого народа, нелояльные к новым властям полуострова, забрав своих детей, сами будут уезжать, бросая дома и бизнес, чтобы сохранить свободу и жизнь. Именно это и подразумевается под понятием «гибридная депортация», - разъясняет журналист Антон Наумлюк.

Существует несколько направлений возбуждения уголовных дел в Крыму, подчеркивает Антон Наумлюк. Каждый из вариантов - это большое число вовлеченных в преследование людей, чаще всего крымских татар.

90 детей лишились отцов

- «В данный момент самым значительным является дело организации «Хизб ут-Тахрир» - исламской организации, возникшей еще в 60-х годах прошлого века, достаточно радикальной по взглядам, но полностью отрицающей силовые методы распространения ислама.

Единственная страна, где эта организация признана террористической – Россия (с 2003 года). В Украине «Хизб ут-Тахрир» действовала легально и не подвергалась преследованиям. Фактически в образе жизни людей, проживавших на территории Крыма до 2014 года и относящиеся к «Хизб ут-Тахрир», ничего не изменилось. Они молятся и читают все те же книжки. Однако изменилось юридическое поле их существования. Не совершив единого теракта, они вдруг стали террористами. Задержанных и арестованных по данному делу уже 19 человек.

В данном случае мы говорим, однако, только об арестованных. Всего же, начиная с 2014 года, без отцов осталось 90 детей. Чаще всего речь идет о многодетных семьях, у которых забирают единственного кормильца. Среди арестованных есть врач стоматолог, повар, несколько строителей, бизнесмены - это совершенно разные люди, жившие своей жизнью и имевшие по 4-7 детей, которых вдруг объявляют террористами. В некоторых случаях обвиняемым грозит вплоть до пожизненного заключения.

«Закон, что дышло»

Есть еще одно большое дело – «О массовых беспорядках 26 февраля 2014 года». Массовыми беспорядками российское законодательство в данном случае назвало митинг, проходивший 26 февраля 2014 года, собравший несколько тысяч украинских активистов и крымских татар, которые пытались помешать прохождению сепаратистских законов об отделении Крыма от Украины. В этот день несколько тысяч крымских татар действительно помешали принятию этих законов, Крым остался в составе Украины, а на следующий день Верховный совет Крыма был захвачен российским спецназом.

Даже по российскому законодательству эти события происходили в другой стране, а их участники были гражданами иного государства страны – Украины. Эти украинцы, даже если они нарушили закон, совершили это в другой стране и по другому законодательству. Тем не менее, их судят сейчас, а на скамье подсудимых только крымские татары. Нет ни одного человека, представляющего противодействующую сторону – пророссийских активистов, хотя таковых было достаточно. Однако судят только крымских татар. По этому делу уже проходит 7 человек».

До 2014 года в Крыму организация «Хизб ут-Тахрир» существовала легально, но, как обращает внимание Антон Наумлюк, не пользовалась широкой поддержкой крымских татар. Вдобавок у «Хизб ут-Тахрир» периодически возникали конфликты с Меджлисом – традиционным органом самоуправления крымских татар. Однако в настоящее время ситуация радикально изменилась. Меджлис в Крыму также оказался под запретом как экстремистская организация. Обе организации, конфликтовавшие между собой в прошлом, сегодня фактически начали поддерживать друг друга информационно и юридически.

- «И происходит это даже не из-за близости взглядов, так как они остались разными, а по причине появления общего противника, пытающегося задавить, как тех, так и других. В обеих структурах есть крымские татары».

Похищения и пропажи людей приобрели массовый характер

По данным Крымской правозащитной группы, только в июне 2016г. было в Крыму похищено по политическим мотивам 9 человек, Фото: Антон НаумлюкПо данным Крымской правозащитной группы, только в июне 2016г. было в Крыму похищено по политическим мотивам 9 человек, Фото: Антон Наумлюк Задержания неугодных режиму граждан проходит по одинаковому сценарию, а осуществляют их, как подчеркивает журналист Антон Наумлюк, бывшие сотрудники украинских силовых структур, перешедшие на службу новым властям полуострова. Примером может послужить дело Эмир-Усеина Куку, которому, как и другим задержанным, сначала предложили сотрудничество с российскими спецслужбами, а получив отказ, арестовали.

- «Нужно отметить, что 90% крымских сотрудников украинских спецслужб после аннексии полуострова перешли на работу в ФСБ. У них были данные всех наблюдений, данные о людях, которые живут в Крыму, личные дела. Им было гораздо проще находить проукраинских активистов и лидеров крымскотатарского национального движения, чтобы их арестовывать.

Что касается Эмир-Усеина Куку, то он был правозащитником, к которому обращались люди за помощью и он, конечно, обладал информацией, способной, вероятно, заинтересовать российские спецслужбы.

В апреле 2015 года Эмир-Усеина Куку фактически попытались похитить.

Вообще-то, похищения людей и их пропажи приобрели массовый характер. Всего, по официальным данным, возбуждено более 200 дел о пропажах людей. В тех случаях, когда есть свидетели или данные с камер наружного наблюдения, отмечается, что людей похищали лица в милицейской форме.

В апреле 2015 года возможное похищение Усеина Куку вызвало огласку среди крымских татар и чтобы избежать шумихи, его отпустили. Однако через несколько месяцев российские спецслужбы, российские полицейские и спецназ, рано утром явились к нему домой.

Схема проведения обысков одинаковая - взламываются двери, людей вытаскивают из постелей, в чем они были. Для мусульман такое очень сложный момент, так как им запрещается оголять определенные части своего тела. Эмир-Усеина Куку в присутствии детей уложили на пол, в грубой форме провели обыск, а потом арестовали и увезли. Семья его видела только во время судебного процесса.

При обыске изымаются все технические средства, а также вся литература на арабском языке. Люди, производящие обыск, не разбираются в деталях обвинения и изымают всю литературу, а только потом выясняют, является ли она запрещенной».

Доказательства не имеют значения

Жена и сын Эмир-Усеина Куку, Фото: Антон НаумлюкЖена и сын Эмир-Усеина Куку, Фото: Антон Наумлюк Однако, как разъясняет журналист, результаты обыска не имеют значения для доказательства вины. Например, чтобы причислить человека к группе членов организации «Хизб ут-Тахрир» достаточно двух свидетелей, которые просто заявят, что конкретный человек состоит в запрещенной организации. Этого хватит, подчеркивает Антон Наумлюк, чтобы осудить человека на 15 лет: «Поэтому, 19 человек, арестованных по делу «Хизб ут-Тахрир» - еще не конец.

Никто из крымских татар и мусульман в Крыму не может себя чувствовать в безопасности, так как по этому делу слишком легко организовать обвинение. Кажется что именно страх, который каждый крымский татарин может ощущать по причине риска оказаться задержанным и арестованным, и является целью гонений.

«Гибридная депортация» – это создание условий, при которых каждый нелояльный к властям человек, ненужный властям на территории полуострова, будет ощущать себя беспомощным, и будет стремиться либо уехать, либо стать лояльным».

Снисхождения не будет

Все судебные процессы, осуществляющиеся над противниками аннексии Крыма, Антон Наумлюк называет сугубо политическими: «По делу «Хизб ут-Тахрир» процессы продолжаются. Уже осуждено 4 человека. 15 человек в настоящее время находятся под следствием и им только предстоит пройти судебным процессом.

По делу «О массовых беспорядках 26 февраля 2014 года» суд в настоящее время продолжается. Его разделили на две части. Ахтема Чийгоза, заместителя председателя Меджлиса, обвиняют в организации данных массовых беспорядков. Процесс находится в завершающейся стадии и, я думаю, что к февралю он закончится. Защищает его Николай Полозов, который защищал и Надежду Савченко.

Продолжаются также процессы с людьми, которые публично высказали свое несогласие с аннексией Крыма.

Есть дело Николая Семены, которого судят за статью на «Радио Свобода». За интервью крымскотатарскому телеканалу, в котором было высказано несогласие с захватом полуострова, судят и члена Меджлиса Ильми Умерова.

Коллективная молитва за судьбы крымских татар, содержащихся в СИЗО, Фото: Антон НаумлюкКоллективная молитва за судьбы крымских татар, содержащихся в СИЗО, Фото: Антон Наумлюк Итоги процессов вполне очевидны. Это политические процессы и никакого оправдания и снисхождения в этих процессах не будет, как и в случае всех украинских политзаключенных, процессы над которыми прошли в России».

Антон Наумлюк является российским гражданином и журналистом, благодаря этому работать на территории Крыма ему гораздо проще, чем иностранным репортерам: «Я прекрасно это понимаю и стараюсь сотрудничать с максимальным количеством СМИ, включая украинские, которым в Крым попасть очень тяжело и находиться там небезопасно.

Если забыть о периодически проявляющейся слежке или прослушивании телефонов, то никакого прямого давления в Крыму на меня не оказывают. Я совершенно свободно передвигаюсь по всему полуострову, фотографирую то, что считаю нужным и встречаюсь с людьми, с которыми мне встретиться необходимо.

Я понимаю, что это результат полной открытости и легальности моих действий. В Крым я приезжаю с соблюдением законодательства, как украинского, так и российского, и только через территорию Украины. И я не делаю ничего, что могло бы вызвать претензии со стороны спецслужб. Я не езжу снимать российские военные базы или ракеты, которые там расположены. Тем не менее, властям и силовикам не очень нравится подобная публичность их действий, поэтому в тюрьмы меня не пустят никогда. Для этого в России даже нет законодательного разрешения. В суде противодействие на фотосъемку встречается всегда, несмотря на решение Верховного суда, заявляющего о полной открытости судебных процессов и отсутствии ограничений для работы журналистов».

Социальные закладки

Читайте

Самое популярное

Статьи на ту же тему

Далее

В архив

Далее

Актуальное вещание на русском

Темы